57642a5c     

Мельников Валентин - В Логове Снежного Барса



Мельников Валентин
В ЛОГОВЕ СНЕЖНОГО БАРСА
С раннего утра погода не предвещала ничего хорошего. Небо было затянуто
серыми низкими тучами, лениво сеявшими мелкий скрипучий снежок. Резкий ветер
гнал слезы из глаз, не привыкших к холоду после комнатного тепла.
Миновав окраину Тюпа, наш УАЗ резво покатил по равнине с заброшенными
полями и прозрачными, вырубленными на дрова перелесками, миновал несколько
селений со скучными домишками, с засохшими будыльями подсолнухов и кукурузы на
огородах. То и дело мы обгоняли неспешно едущих по своим зимним делам
всадников в нагольных овчиных шубах, тебетеях и малахаях. Постепенно сугробы
обочь дороги становились все выше. Горы обступали нас с трех сторон и,
наконец, за очередным поворотом дороги сомкнулись. Заснеженные склоны
закурчавились вечнозелеными ельниками. Словно приветствуя наше появление,
солнце пробило дыру в тучах и расцветило своим сиянием бело-зеленые крутые
бока исполинов.
Мы тряслись по ухабам уже три часа, затекшие ноги просили воли и движения.
Когда показался пограничный шлагбаум, все с облегчением вышли из машины. Как
только покончили с делами, мой сослуживец предложил прогуляться по заросшей
кустами лощине, спускающейся от дороги к лесистому урочищу. Пройдя с ним чуть
больше километра по малохоженой снежной тропе, я вдруг увидел старую избушку с
хозяйственными постройками. Из трубы курился дымок, в загоне блеяли овцы, в
хлеву сыто похрюкивала свинья.
Я не удержался от удивления при виде русского жилья в этом удаленном
месте, однако мой провожатый остался невозмутим.
- Давайте заглянем, - предложил он и, увидев, что я замялся, пояснил: - Не
стесняйтесь, здесь живет мой старый знакомый Андрей Шубарин, он будет рад
нашей встрече.
- Какой... Шубарин? - снова удивился я. И было отчего. Ведь, насколько мне
известно, Шубарина, фамилией которого названа эта местность, давным-давно нет
в живых. "Что за шутки, однако", - подумал я с неудовольствием, нерешительно
топчась у грубой со старинными железными навесами двери. Мой товарищ, явно
довольный произведенным на меня впечатлением, со снисходительной улыбкой
знающего человека повторил приглашающий жест и постучал в дверь. Она
отворилась, показалась молодая женщина. Мой спутник дружески чмокнул ее в щеку
и представил меня.
- Лена, - в ответ назвала она себя и, пригласив нас к столу, поставила на
чугунную плиту закопченный чайник, нарезала хлеба, сала, наложила в миску
квашеной капусты и налила по чарке разведенного спирта. Пока женщина
хлопотала, я успел украдкой разглядеть ее. Лене было не больше тридцати лет,
но в уголках глаз уже лучиками расходились первые морщинки - знак чрезмерного
труда и недосыпаний. Открытое лицо и внимательный добрый взгляд хозяйки
вызывали симпатию, а едва начинающая полнеть, но еще подтянутая фигура
дополняла общее впечатление о ней как о красивой женщине. Я сразу поймал себя
на мысли о том, как не вяжется ее молодость и красота с убогой обстановкой
избушки - с глиняным полом, закопченными бревнами однокомнатного дряхлого
сруба с низким потолком, перегороженного на две половинки цветастой ситцевой
занавеской.
- Где же Андрей? - спросил мой товарищ.
- Где-то в ближнем отщелке, за лисичкой отправился побегать. Скоро уж
должен быть...
В этот момент хлопнула дверь, в избушку вошли двое мальчишек дошкольного
возраста и уставились на гостей диковатыми глазами. Товарищ угостил их
конфетами, которые моментально исчезли за смуглыми обветренными щеками.
- Кроме леса и гор, о



Назад